Путешествие по кировским дорогам в поисках заброшенных деревень

Главной целью нашей поездки в Кировскую область было побывать на родине предков, посмотреть, что осталось от уже несуществующих деревень, в которых они жили, да найти их могилы на кладбище.

А так как общественным транспортом до тех деревень не доехать, решили арендовать в Кирове автомобиль на несколько дней. Бывшие деревни моих предков Анчижата и Коноваловы находятся в Даровском районе. В период, когда в России были ещё уезды они относились к Котельническому уезду.

Оглавление:

1. Путешествие по Кировским дорогам
2. Село Кобра
3. Введенская церковь в селе Кобра
4. Введенский Закобрский монастырь
5. Староустюжская дорога
6. Путешествие по Староустюжской дороге в поисках заброшенных деревень

Путешествие по Кировским дорогам

Сначала планировали из Кирова ехать в Котельнич через старинный город Орлов, но за несколько дней до нашей поездки на федеральной трассе между Орловым и Котельничем большегруз нарушил мост через реку Молому, проезд закрыли. Пришлось поменять маршрут, делать крюк через город Советск.

На развилке дорог на Советск и на Котельнич остановились перекусить в беседках у придорожного кафе с гостиницей «На обочине», там у ворот забавная композиция из деревянных скульптур.

Немало развлеклись по дороге от Советска до Котельнича, читая на указателях названия населённых пунктов, довольно занятно: Потрепухино, Метели, Запружено, Суслики, Пермяки, Казань, Печенеги, Поздяки, Мамаи и т.д., и т.п. Ну и конечно по пути любовались вятскими пейзажами.

Посмотрели на строительство моста, а вернее его капитальный ремонт, через речку Кокшага, объезжая стройку по временному мосту.

Приехав в Котельнич, заселились в заранее забронированный двухкомнатный номер гостиницы Silva Hotel, погуляли по городу сходили в краеведческий музей и в Динопарк. В палеонтологический музей к сожалению, уже не успели.

Утром отправились в посёлок Даровской, где была запланирована ночёвка в гостях у двоюродной тёти.

В Даровском в первую очередь я пошла в ЗАГС с запросами на выдачу справок о своих уже умерших родственниках: матери и мачехи деда, а также его братьях и сёстрах, и его дядьях. Узнала, что у деда было больше братьев и сестёр, чем знала мама.

Потом мы пошли в Даровской краеведческий музей, от шикарной орнитологической коллекции которого, остались восторженные впечатления.

Ещё погуляли по посёлку, а вечером в гости. От тёти узнала правильную фамилию прабабушки, что открыло мне путь для дальнейшего поиска по этой линии. А ещё узнали, что недалеко, в селе Макарье живёт двоюродный дядя. К нему мы потом на обратном пути заехали.

Утром следующего дня выехали в путь к заброшенным деревням, правда тётя нас пыталась отговорить от этой затеи, причитая: «И что вы придумали? Куда вы собрались? Дороги там нет, застрянете, кто вас вытаскивать будет? Сейчас колхозов нет, тракторов нет. В лесу кабаны. А кладбище всё заросло, вы там ничего не найдёте.»

Ну попытаться-то надо. Сказали ей, что если дорога непроезжая, то хотя бы в Кобру съездим. Кобра — это село, прежние название — Верхокобрское. Там была Введенско-Богородицкая церковь, она и сейчас стоит, реставрируется. К приходу этой церкви относилась и одна из искомых деревень Коноваловы (старое название починок Лузинский), в которой проживали мои Ульяновы.

Село Кобра

Быстро доехали до села Кобра. От Даровского до него примерно 26 км. Дорога до Кобры значительно хуже, асфальт весь в ямах. Пейзаж за окном тоже изменился – появились холмы, а лесные опушки всё ближе подступали к дороге.

Село расположено на левом высоком берегу речки Кобра (приток р. Молома), недалеко от её устья. Годом основания села считается 1701 г.

На одной из улиц на лужайке под сенью деревьев мужская скульптура. Не понятно только кого она изображает; вроде как солдат в каске, но почему-то в свитере.

Введенская церковь в селе Кобра

Погуляли вокруг старинной Введенской церкви, построенной с 1806 по 1821 годы. Большой храм видно издалека, расположен он у перекрёстка дорог.

С душевным трепетом смотрела на церковь, в которой крестились и венчались многие поколения моих предков Ульяновых.

На фото рядом с церковью видна одинокая могила с крестом. Крест установили и освятили в 2021 г. на месте захоронения священника о. Филиппа Шубина (1822 – 1901 г.г.). В советское время все могилы при церкви были попраны. А в самой церкви после её закрытия сначала сделали зернохранилище, потом МТС (машинно-тракторная станция).

Отец Филипп Шубин с 45 лет, с 1856 г. до конца жизни, прослужил в Введенском храме, руководил приходом. Многое сделал для просвещения крестьянских детей, открыл первую в селе Кобра церковно-приходскую школу, где сам же и преподавал.

Введенская церковь два раза перестраивалась с расширением: в 1863-1873 г.г. и в 1901-1910 г.г. Колокольня и портик за годы советской власти не сохранились.

Нашла старую фотографию Введенской церкви с кратким описанием.

Сравнивая эту фотографию с теми, что привезли из поездки, заметила, что количество окон по боковому фасаду больше, чем на старой фотографии. Полагаю, что старый снимок сделан до 1901 г.

Рядом с Введенской церковью находится небольшой домик с крестом и маковкой — наверное, временная церковь, пока не отреставрируют старинный храм. Рядом ещё отдельно стоит деревянная колокольня — звонница. В интернете нашла, что это церковь в честь Царственных страстотерпцев, освящена 30 октября 2004 г.

Введенский Закобрский монастырь

В этих местах на левом берегу речки Кобра в старину был Введенский Закобрский мужской монастырь «от города Хлынова (г. Киров) во 105, а от Предтечевского монастыря (г. Котельнич) во 60 верстах». [5] Точный год основания его я не нашла. Впервые он упоминается в Переписной книге 1678 г.:

«Монастырь вново у реки Кобры, а в монастыре церковь во имя Введения Пресвятыя Богородицы. А в монастыре келья, а в ней черный поп Игнатей з братиею» [2]. Монастырь указан «вново», т.е. он появился за несколько лет до переписи, в середине 1670-х гг.

Ещё попалась статья Анатолия Авдеева «Из истории Закобрского Введенского монастыря» [3], в которой автор рассказывает, что переселились сюда, на берега Моломы и Кобры, и основали монашеские пустыньки, верующие с Устюга и Двины после 1324 г. Стало интересно, а что же в Устюге произошло в 1324 г. — перелопачиваю интернет дальше.

«Интересную формулировку содержит Двинская летопись под датой 1324: «В лето 6832 князь великий Юрий Данилович с новгородцы, шед, взял Устюг и поиде на Двину. И тут прислаша к нему князи устюжски и докончаша мир по старине». Возможно, речь идет о возобновлении данническо-откупнических отношений, некогда существовавших между устюжанами и новгородцами.»» [4]

То есть, новгородцы обложили данью устюжан и двинян, вот люди и стали уходить в Моломские леса от налогов.

В 1725 г. Введенский Закобрский монастырь упразднён и присоединён к Предтеченскому монастырю в г. Котельнич. В «Трудах Вятской учёной архивной комиссии 1912 г.» читаю:

«Строения в томъ введенскомъ закобрскомъ монастыре двѣ церкви с трапезами, колоколница, ограда, кѣльи и протчее монастырское здание все деревянное и по присовокупленій игуменъ с монахі выведены во оной предтечевской монастырь, а тотъ Введенской монастырь упражненъ и для церковной службы в томъ бывшемъ монастыре никого не осталось.

Затѣмъ введенскимъ монастыремъ было по переписнымъ 186 году (1678 г. – примечание моё) книгамъ крестьянскихъ и бобылскихъ в котелницкомъ уѣзде в окатьевской волости в деревняхъ 5 дворовъ.

По нынѣшней переписке и по свидѣтелству генералитета крестьянскихъ и половничьихъ и в монастыре трудниковъ явилось мужеска полу 1100 душъ.» [5]   

Далее в документе идёт опись земельных угодий, скота, «заводов» (мельница водяная), рыбных угодий Введенского монастыря, перечисляются обыватели монастыря, доходы и расходы. Все угодья переходят в Предтеченский монастырь.

«Окончательно Закобрский монастырь, как и другие 15 малобратственных обителей Вятской епархии, был упразднён в 1764 году указом Екатерины II о секуляризации церковных земель. С этого времени все поселяне, трудившиеся на пользу обители, были обращены «в пользу короны», доход с их труда стал поступать в казну государства.» [3]

Староустюжская дорога

Помимо Введенского Закобрского монастыря значимую роль в развитии территории сыграла и Староустюжская коммерческая дорога или Староустюгский коммерческий тракт, соединявший «города Орлов и Котельнич с Подосиновской пристанью, через которую товары отправлялись в архангельский порт». Увидев такое описание на сайте «Родная Вятка», мне очень захотелось узнать историю этой дороги, когда она появилась, ведь деревни моих предков расположены близ неё, а значит Староустюжская дорога сыграла определённую роль в их жизни.

Староустюжский тракт, проходил через село Кобра, и главный фасад Введенской церкви как раз выходит на эту дорогу. В Кобре старый коммерческий тракт вымощен булыжниками.

Информации про эту дорогу в интернете мало — крупицы, но всё же кое-что удалось найти в разных источниках и «сложить два и два». Анатолий Авдеев упоминает «Монастырскую тропу», «проложенную по сухим гривам вдоль правого берега Моломы», соединяющую «чемельские и кобрские починки», когда рассказывает о появлении монашеских пустынек: в Нижней Паломице, Спасской Чемельской и Никольской Кобрской. [3]

На старых картах тоже видно эту дорогу. Учитывая, то, что иллюстрация из книги — это рисунок художника, а не точная карта, делаю вывод, что Монастырская тропа, является частью Староустюжской дороги. Что из них появилось вперёд остаётся для меня неизвестным.

На картах красными точками обозначила ключевые для меня в поиске этой дороги, населённые пункты. На карте Вологодской губернии — Великий Устюг (Влустюгъ), Подосиновец (здесь была Подосиновская пристань), Нижняя Паломница, Чемельский, Орлов, Вятка. На карте Вятской губернии — Кобрское, Акатьевское, Орлов, Вятка. На участке дорог между Кобрским и Акатьевским и расположены деревни: Коноваловы, Анчижата, Дранишниковы, в которых жили мои прадеды.

На самой ранней карте, которую мне удалось найти — это генеральная карта Вятского наместничества 1791 г., дорога от Орлова на север вдоль Моломы, показана. 

Нашла интересную заметку Сергея Лобанова в Одноклассниках «Вятский путь «из варяг в греки»» [6], где он рассказывает о водном пути, развитом ещё в 13-14 веке, соединявшем Белое море и Каспийское. Водораздел между этими двумя водными системами был — Кайское болото. И здесь был кайский волок. Из Кайского болота вытекает ручей Кай, впадающий в реку Кая, а та в Молому, дальше Вятка — Кама — Волга. К северу от Кайского болота течёт река Пушма, впадающая в р. Юг, дальше Северная Двина.

И между ручьём Кай и притоками реки Пушма был волок — Кайский (Пушемский) волок, через который перетаскивали лодки-байдары с товаром. В мае, когда начиналось половодье и поднимался уровень воды, «водное пространство между Каей и притоками реки Пушмы в районе деревень Лодейно и Исады (Серкино) было практически сплошным» [6] и можно было проплыть на лодках Кайский волок. Так товар с Вятки попадал в Архангельск, а дальше кораблями в другие страны.

Этот водный путь был не только торговым, но и военным: то вятчане, то татары устраивали военные набеги на Устюг, то новгородцы через Устюг по рекам шли на Вятку.

Позднее появились сухопутные дороги из Устюга в Орлов и дальше в Вятку (Хлынов). Одна из дорог и проходила через Кобру.

Вот как описывает дорогу в своих трудах в 1846 г. российский историк Пушкарёв И.И.

«Старая Орловская, отделяется от Архангельско-Сибирской не далеко от Устюга у ст. Новосельцовой и, оставляя в лево р. Юг, проходит прямо к устью р. Енталы, далее, следуя вдоль по Ентале и Вохме, выходит на Московско-Вятскую дорогу, при пересечении её Вохмою. Орловской же называется потому, что выходит по Московско-Вятской дороге к г. Орлову Вятской губернии. Длина ее 194 версты, в летнее время она представляет затруднения для провоза тяжестей.

Орловская отделяется от предыдущей дороги (Старой Орловской, примечание моё) в Устюжском уезде при д. Нице и пролегает вдоль рек Юга, Пушмы, Каи и Моломы до границы Вятской губернии, откуда продолжается в г. Орлов. Длина ее 230 верст. Она находится в лучшем состоянии, чем предыдущая, но и по ней встречаются места затруднительные для провоза тяжестей». [7]

На картах 1871 г. видны обе дороги и Старая Орловская вдоль Вохмы, и Орловская вдоль Моломы, а также восточнее Вятская дорога от В.Устюга через Лальск вдоль рек Луза, Летка на Вятку.

Путешествие по Староустюжской дороге в поисках заброшенных деревень

И вот по этой Староустюжской коммерческой дороге (Орловской) и пролегал наш дальнейший путь в поисках «родовых гнёзд» — заброшенных деревень. Готовясь дома к поездке, я не могла найти на карте информацию, где находится Кобрское кладбище (на нём похоронены мои предки из деревни Коноваловы), поэтому спросили у местных жителей. Оказалось, оно как раз у этой старинной дороги, за селом, за речкой Коброй.

Наверное, полчаса бродили по кладбищу, но нашли могилы моих прадеда и прабабушки Ульяновых, и двух их старших сыновей и внука — сына моей бабушки Таси. Все рядышком. Я была здесь однажды в детстве, лет в шесть, с бабушкой Тасей, мы приезжали помянуть её родителей и её сына, умершего в младенчестве.

После кладбища поехали дальше по Орловской дороге, асфальта на которой не было и в помине. Но часть пути дорога была довольно сносная для грунтовки, я думала будет хуже; ведь сухая погода стояла только несколько дней, а до того больше недели шли дожди.

Судя по спутниковым картам, старинная дорога от села Кобра сейчас доходит только до села Окатьево, что на правом берегу реки Молома, дальше за рекой дороги уже нет. В планах у нас было доехать до Окатьево, село это вроде, как ещё не заброшено, найти Окатьевское кладбище, т.к. другие мои предки похоронены там. Ну и по пути до Окатьево найти заброшенные деревни, в которых жили мои пращуры.

Примерно через километр пути, может чуть больше, проехали деревню Хоробрята. На вид она заброшенная, хотя и числится существующей, но без жителей. Может просто в интернете старые данные. Деревня всего в одну улицу. И улица — это та самая Староустюжская коммерческая дорога. Стоят деревянные покосившиеся домишки по одну и по другую сторону дороги. С десяток примерно их, плюс-минус. Похоже, здесь все такие деревни были в одну улицу.

Ещё через километр доехали до своротки в урочище Коноваловы. Нам туда. Но на машине ехать не рискнули, оставили её на краю дороги и пошли пешком по лесной дороге в две колеи.

В лесу красота, птички щебечут, свежий ароматный воздух, настоянный на лесных травах — можно пить. Благодать! Правда комары, да мошки наседают, то и дело приходится от них отмахиваться.

Мы правильно сделали, что пошли пешком, т.к. местами встречались большие лужи и грязь, могли бы и застрять там на машине.

Минут через 20 лес расступился, и вот оно «родовое гнездо» — то что осталось от деревни Коноваловы (поч. Лузинский), в которой родилась моя бабушка Таисия Ульянова.

Деревня видимо была ещё меньше, чем Хоробрята, которую мы проезжали; и тоже в одну улицу. Значит картинка в моей памяти о ней — это действительно воспоминания из детства, а не фантазия, были такие сомнения. Я помню, как мы шли с бабушкой по улице, а потом зашли в дом, в котором, когда-то она и жила. А вот в который из этих домов, не помню.

Мне очень хотелось зайти в какой-нибудь, вдруг это будет тот дом, моих предков, в который я заходила в детстве всего один раз в жизни. Хотелось, чтоб детские воспоминания о том доме подтвердились, что это не плод детского воображения. Но строения с проваленными крышами не внушали безопасности, да в зарослях вокруг избушек опасались наткнуться на змею. К тому же спутники мои не горели желанием пускаться в авантюры. В общем, просто прошлись по улице, пофоткались и назад.

Вернувшись к машине, продолжили путь по Староустюжской дороге в сторону Окатьево. На дороге уже стали встречаться глубокие колеи, но не критично, вполне благополучно можно было проехать рядом.

Проехали речку Берёзовку, от которой сразу начался затяжной подъём. В непогоду, наверное, его преодолеть не реально на обычной легковушке.

На фото не очень заметен подъём, его ощущаешь именно в пути, слушая, как тяжело двигатель тянет машину. У этой горки есть даже название — Калинеченская, по названию населённого пункта, который когда-то на ней стоял — Калинечане.

Возможно название горы не совсем такое, я о ней нашла только в одном месте информацию — в группе ВК «Редакция газеты «Слава труду Даровской»» — фотография, и к ней обсуждения. Приведу один показательный комментарий в том посту о Калинеченской горе: «Лет так больше 30 назад выходили с рейсового автобуса все пассажиры. Чтоб автобус спокойно спустился или поднялся. Потому что возило автобус так по глине, что страшно смотреть было». Кстати, сейчас рейсовые автобусы до Окатьево не ездят.

Почти через два километра от р. Берёзовки увидели ещё одну заброшенную деревню Поповщину. Снова остановка, ищем еле заметную своротку на Анчижата. В отличие от своротки на Коноваловы, по этой очень давно никто не ездил, она заросла травой. В Анчижатах родился мой дед Павел Крупин, и моя мама там родилась. На Урал они переехали, когда ей было 3 года.

Судя по старым картам, Анчижата располагались недалеко от бывшей Староустюжской дороги, но к сожалению, до места, где была эта деревня, мы не дошли, т к. по пути от бывшей деревни Поповщины до Анчижат встретили медведя. Всё обошлось, медведь убежал в лес, мы, прокричав ушли обратно, к машине.

Поехали дальше до с. Окатьево, однако, и до него не суждено было в этот раз доехать, т.к. вскоре дорога стала намного хуже — с глубокими грязными колеями. Похоже туда уже только на тракторе, ну или на КАМАЗе. В общем, побоялись застрять, развернулись и поехали назад. Планируя поездку, я предполагала, что если дорога будет не проезжая, то дойдём пешком до Окатьево, до реки Моломы. Но после встречи с медведем, даже и мысли уже не было идти пешком, хоть и по дороге.

Таким получилось наше путешествие по Староустюжской дороге в поисках заброшенных деревень с приключением и благополучным завершением. А уже на обратном пути до Котельнича, заехали в село Макарье, нашли дом, где живёт мамин двоюродный брат, которого я раньше никогда не видела, побывали у него в гостях, познакомились, пообщались. Он показал фотографию прадеда моего Ульянова Григория Афанасьевича и рассказал, что тот воевал в русско-японскую войну, и вроде как даже на крейсере Варяг. Но об этом я пока документального подтверждения не нашла, поэтому пока это для меня легенда.

 

Литература:

1. Известия Императорской Археологической комиссии. — Вып. 46. Санкт-Петербург, 1912 г. Источник электронной копии: Президентская библиотека им. Б.Н. Ельцина.
2. «Переписная книга церковных посадских дворов города Котельнича и дворов в волостях тяглаго и оброчнаго стана, переписи Михайла Петровича Воейкова и подьячаго Феодора Прокофьева 1678 г.» Труды Вятской ученой архивной комиссии. 1910 год. Выпуск II-III. Вятка. Губернская типография. 1910 г. НЭБ
3. Анатолий Авдеев «Из истории Закобрского Введенского монастыря». Газета посёлка Даровской «Слава труду» № 47 от 21.06.2019 г.
4. Е.В. Соколова «Заселение Устюгской окрути» (по материалам летописных источников и археологических исследований). Великий Устюг. Краеведческий альманах. Выпуск 3. Археология. https://www.booksite.ru/fulltext/3ve/lik/iyu/sty/ug/1.htm
5. Ведомость о Вятском архіерейском доме и о монастырях Вятской епархіи 1-й четверти XVIII ст. (Составленная согласно указу Святейшаго Правительствующаго Синода от 22 іюня 1725 года). Труды Вятской учёной архивной комиссии 1912 г. вып. 1-2. НЭБ
6. Сергей Лобанов «Вятский путь «из варяг в греки»» https://ok.ru/profile/471506665421/statuses/154497340926925

7. И.И. Пушкарев «Описание Российской империи в историческом, географическом и статистическом отношениях» Т. 1. Кн. 4. Санкт-Петербург: тип. К. Вингебера, 1846. НЭБ

Понравилась статья? Расскажи об этом своим друзьям!!!

Перепечатка материалов сайта, в том числе и фотографий, без разрешения автора сайта и без сылки на статьи запрещена.

С уважением, автор сайта
"Истоки. Путешествие по России"
Валентина Гриценко

Для подписки на обновления в блоге, введите Ваш электронный адрес:

*Нажимая на кнопку, я даю согласие на рассылку, хранение персональных данных и соглашаюсь с политикой конфиденциальности